суббота, 31 декабря 2011 г.

С наступающим!

Сидим в "Аллегро". День в пути, вечером прилетаем, из декабря в январь и из 2011 в 2012 переедем где-то в районе Палатинского холма. В прошлом году зимний Рим был непередаваем, но в этом году предприняты некоторые усилия, чтобы его все-таки как-то передать. Всех - с наступающим!

вторник, 27 декабря 2011 г.

"In Memory Yet Green: The Autobiography of Isaac Asimov" (1979)

In Memory Yet Green: The Autobiography of Isaac Asimov (1979)Энциклопедическая эрудиция, тонкая самоирония, полная открытость перед читателем, идеальная память... Эти мемуары читаются как репортаж развесистого симпатяги, который готов говорить обо всём, что он видит и что приходит ему на ум. Мысль уклонилась вправо, в сторону, вверх, наискосок, поклон, а вот ещё кусочек — так много всего забавного, важного, познавательного, столько интересных наблюдений, портретов, тем, книг!

Как ему удавалось при всей этой свободе движений ни разу не потерять равновесия, не сдвинуть фокус, не выйти из луча прожектора? Поразительно. На примере этой книги легко показать, что автор суть текст. В художественных произведениях и в популяризаторских книгах он был более скован условностями и задачами, но эта книга было и его, и о нём, и в ней он мог перелиться в текст совершенно свободно. И он это сделал с фантастической органичностью. Между Азимовым и его текстом нет никакого зазора. Они — одно целое. И если Азимов вам интересен как человек, то вы можете купить эту книгу — и получить именно его, завёрнутого в суперобложку.

Нужно ли это переводить? Не уверен. Но то, что это стоит читать — безусловно. Каков герой! Аптечный сиделец, отличник-прогульщик, запойный журналоед, дебютант в 18 лет, практически классик в 24 года, позитронный мозг, встроенный в пишущую машинку. Кэмпбелл выдерживал его без публикаций до тех пор, пока этот восторженный щенок не научился ставить перед собой действительно серьёзные задачи, решать их, усложнять на порядок, снова решать. Публика не успевала развиваться нужными ему и Кэмпбеллу темпами, университетские профессора шипели ему вслед, погремушками хвостов загоняя его в угол. Он уходил сквозь стену. Он знал, как.

Вы думаете, это было фуэте? Это была битва. Кровь, предательства, напрасные надежды, минные поля и просроченные чеки. Там было всё. Удивительно: Джек Уильямсон в воспоминаниях тоже был скрупулёзен в отношении всяких мелких деталей, но из его мемуаров я запомнил именно что отдельные детали. Спрэг де Камп в мемуарах создал великолепные портреты своих друзей и знакомых, а сам остался в них большей частью ароматом трубочного табака и мягкой повествовательной интонацией. Аимову удалось всё это срастить с собой, остаться неразделимым со временем, идеями, соратниками, историей и фантазией.

Если романы Азимова сделали меня его читателем, то его мемуары приучили меня видеть в нём друга.

Да, я не объективен. Даже не пытаюсь. Ну и чёрт со мной.

вторник, 6 декабря 2011 г.

Следующая итерация: варианты оппозиции

Дайвайте поиграем сложившуюся ситуацию за оппозиционные силы. 

Исхожу из того, что цели сторон (как я их понимаю) по итогам выборов не изменились - с поправкой на то, что какого бы то ни было единства стратегической цели у ветвей оппозиции как не было, так и нет, так что отыгрывать ситуацию за неё как за некую общность можно только в очень узком условном коридоре. Предпосылки для "разбегания" по своим лагерям у оппозиционных фракций уже определились - "жирные" КПРФ и эСэРы, по логике ситуации, сейчас начнут играть в коалиции с ПЖиВ, а "низкокалорийным" правым ничего не останется, кроме как включить их в список неизменно поносимых российских язв - наравне с дураками, дорогами и пЕдРом. Вот эту линию раздела и примем за естественный ориентир. 

Учитывем, что слабой стороной всей оппозиции, включая и "низкокалорийную", является наблюдаемое отсутствие практичных программ на долгосрочную перспективу, которые не оказывались бы на проверку патетическими декларациями о приоритетах демократических принципов. Если в таких программах и встречаются упоминания об усилении местного самоуправления, восстановлении системы правосудия или о бюджетной реформе, то в достаточно абстракном ключе и без попыток применить эти тезисы к нынешней российской ситуации. Читающий такую программу оказывается в положении попавшего в шторм моряка, которому показали маяк, но не дали лоции, и который только врезаясь в камни понимает, что ушёл с фарватера. Я надеюсь (беспочвенно, конечно), что у этих партий есть в загашнике что-то вроде "дорожных карт", план практических действий при условии получения ими контроля над ситуацией, или хотя бы представление о том, что такой план необходим. Ещё полезнее были бы "мозговые центры", которые постоянно разрабатывали бы ситуационные модели и оперативно увязывали "дорожные карты" с реальными процессами. Наличие "в тылу" таких "think tanks" решило бы целый ряд стратегических и тактических проблем оппозиции - во всяком случае, сделало бы их действия минимально осмысленными в долгосрочной перспективе.